История вопроса о статусе Айя-Софии насчитывает более восьми десятилетий. В 1934 году Мустафа Кемаль Ататюрк, основатель светской Турецкой Республики, своим указом преобразовал бывший собор и мечеть в музей. Это решение, направленное на секуляризацию общества, вызвало недовольство среди консервативных и происламских кругов страны, заложив основу для будущих споров.
Первая серьезная попытка пересмотреть это решение была предпринята в 1994 году происламской Партией благоденствия, которая внесла в парламент соответствующий законопроект, однако он не нашел поддержки и был отклонен. В 2005 году местный фонд по защите исторического наследия подал иск, но Государственный совет Турции также отказал в его удовлетворении. Продолжая борьбу, в 2018 году та же организация обратилась в Конституционный суд, который, однако, отказался рассматривать дело, сославшись на отсутствие полномочий. Решающим стал 2020 год, когда фонд вновь подал иск в Госсовет и на этот раз выиграл, что привело к отмене указа Ататюрка 1934 года.
Общественное мнение и экономический фактор
Для широкой общественности статус Айя-Софии не был острым вопросом. Более того, функционирование здания как музея приносило Стамбулу значительные доходы от продажи дорогих билетов многочисленным туристам. Интересно, что еще в 2019 году сам Реджеп Тайип Эрдоган публично скептически отзывался о идее смены статуса, указывая на то, что даже существующие крупные мечети, такие как Голубая мечеть или новая мечеть Чамлыджа на берегу Босфора, часто не заполнены верующими.
Политическая мотивация решения
Что же заставило президента столь резко изменить свою позицию и активно продвигать превращение музея в мечеть? Эрдоган, будучи опытным и прагматичным политиком, рассматривал тему Айя-Софии как мощный символический инструмент, который можно было использовать в нужный момент. Этот момент настал на фоне снижения рейтингов его правящей Партии справедливости и развития и его личной популярности.
Решение о смене статуса не сулило мгновенного электорального триумфа, но имело более глубокий стратегический расчет. Во-первых, оно позволило Эрдогану апеллировать к консервативному электорату, подчеркнув возвращение к османскому и исламскому наследию и символически восстановив «величие предков». Во-вторых, отмена указа Ататюрка стала еще одним шагом в дистанцировании от наследия светского кемализма, постепенно перемещая образ основателя республики из публичного пространства в страницы учебников истории.
Понравилась статья? Тогда подписывайся на мой канал!
